Merlu (valuh) wrote,
Merlu
valuh

Великий голос из Гольчихи.

Уникальный хор басов.

В начале 20 века в Москве существовал непревзойдённый хор басов, аналогов которому не было и, наверное, нет ни в России, ни в мире. Случилось это благодаря московскому митрополиту Сергию (Ляпидевскому) (1820-1898), который ещё в конце 19 века решил под куполами древнего Успенского собора в Московском Кремле собрать «уникальный унисонный хор священников и дьяконов».

«Хор духовенства Успенского собора был грандиозным басовым ансамблем, сверхмощным по силе, массивности звука. Таких басов не было ни в Большом театре (единственное исключение – непревзойдённый В.Р. Петров), ни в других оперных театрах. Певчие Синодального хора каждый раз с профессиональным любопытством ждали их выступления, каждый раз изумляясь, восторгаясь лавиной басового звука этого вокального чуда». (из книги «Русская духовная музыка в документах и материалах», Т.1., М., 1998).

Священники и дьяконы Успенского собора имели «только басы, центральные и профундовые, великой мощности звука, глубины и широты диапазона от до-ре большой октавы до до первой октавы (Розов, Ходня, Ризположенский, Румянцев, Питаев, Субботин, Воздвиженский и другие)». (из той же книги).

Первым в этом списке указан протодиакон Розов Константин Васильевич (1874-1923), который в 1918 году, по предложению новоиспечённого патриарха Тихона, получил уникальный титул архидиакона. В группе басов он занимал лидирующее положение, его сравнивали с Шаляпиным. Память Розова чтят в Ульяновске (он уроженец Симбирской губернии), регулярно проводя Розовские чтения и Фестивали духовной музыки.

Следующий - дьякон Ходня, родом из Харькова, полностью забыт. Третий в этом списке – дьякон  Ризположенский. Он тоже полностью забыт. Но так как он связан с Вичугой, следует напомнить о нём.

Дьякон единоверческой церкви.

Ризположенский Василий Петрович родился в 1875 году, окончил Кинешемское духовное училище. В 1897 году он в качестве дьякона поступил в штат Никольского единоверческого храма села Новая Гольчиха, которое в 1925 году влилось в состав г. Вичуги.

Самое раннее появление подписи дьякона Василия Ризположенского в метрических книгах Никольской церкви относится к записи от 13 ноября 1897 года.

Следует заметить, что годом ранее в феврале 1896 года Никольский храм покинул Михаил Василевский, отец будущего маршала Василевского, который был назначен священником в новопостроенном единоверческом храме в с. Новопокровском, расположенном в 20 км от Гольчихи. Михаил Василевский был регентом местного хора и, возможно, нового человека в храм искали с учётом певческих талантов…

В Гольчиху 22-летний Василий Ризположенский уже приехал с женой. Жену дьякона звали Феоктиста Ивановна. 7 сентября 1898 года она родила дочь Веру…

В Гольчихе также были рождены сын Александр (в 1900 г.) и дочь Зоя (в 1902 г.). Зоя умерла в 1903 году, судьба Веры и Александра неизвестны… Из других детей известна ещё Ольга, которая, видимо, родилась ещё до переезда в Гольчиху. В 1915 году она считалась уже взрослым человеком, так как персонально указана среди жителей Москвы.

Восприемниками детей Василия Ризположенского, родившихся в Гольчихе, были:


  • купеческий сын Дмитрий Федорович Морокин;

  • жена юрьевецкого мещанина Ильи Степановича Любимова Анфиса Васильевна;

  • фабричный врач Николай Яковлевич Успенский;

  • дочь купца Сергея Дмитриевича Миндовского Вера Сергеевна;

  • потомственный почётный гражданин Сергей Александрович Морокин;

  • жена коллежского асессора Георгия Петровича Любимцева Лидия Михайлова.

В 1902 году жена дьякона Ризположенского была восприемницей дочери дьякона Константина Соколова. Сам Василий Ризположенский был крестником тоже лишь однажды: 10 января 1904 года он был восприемником Николая, сына местного священника Дмитрия Феоктистовича Розова.

Конкурс в Успенский собор Кремля.

В начале марта 1904 года гольчихинский дьякон прибыл в Москву, чтобы держать испытание на место в Успенском соборе Московского Кремля. Проба голосов происходила в Синодальном училище, его конкурентом был дьякон Никольский из г. Пензы. И дьякон из Вичуги победил.

В архивах сохранился отзыв о его испытании, подписанный прокурором Синодальной конторы А.А. Завьяловым и направленный 3 марта 1904 года протопресвитеру В.С. Маркову: «Досточтимый отец протопресвитер Владимир Семенович! По словесному нашему соглашению сегодня за вечерней спевкой в Синодальном училище произведено было испытание диякону Костромской епархии Ризположенскому. Возглашение ектений и многолетия, а равно чтение Евангелия о. кандидатом признается удовлетворительным, голос хорошим. По мнению производивших в моём присутствии испытание гг. директора, регента и его помощника, а равно и по отзыву старших певчих, диакон Ризположенский мог бы с честью служить в Успенском соборе, конечно, если будет внимательно прислушиваться к служению опытных о. дьяконов и возьмёт несколько уроков у специалистов по обработке голоса и выразительному чтению».

Но об этом отзыве вичугский дьякон ещё не знал. Утром 4 марта он, видимо, уже вернулся в Гольчиху, так как участвовал в таинстве крещения.

Дьякон Успенского собора.

Окончательно решение было принято 27 марта, а 17 апреля в Московской синодальной конторе было заведено дело «О перемещении диакона с. Гольчихи Николаевской ц. Кинешемского уезда Василия Ризположенского в Большой Успенский собор».


В Москве семья дьякона жила на территории Крестовоздвиженского монастыря по адресу: Воздвиженка, 7.

В адресных книгах «Вся Москва» за 1911 и 1917 г. указаны сам дьякон и его жена. А за 1915 год указана также дочь Ольга. Видимо, к 1917 году она вышла замуж, поменяв фамилию и место жительства.

В советский период Ризположенские уже отсутствуют в адресных книгах.

К сожалению, никаких фотографий Василия Ризположенского, в том числе в московский период его жизни, не обнаружено. Также нет фотографий начала 20 века, сделанных в Успенском соборе во время проведения службы.

Но сохранилось ряд воспоминаний, в которых упомянут дьякон. Приведём цитаты.

Из воспоминаний Александра Смирнова (1900-1992), ученика Синодального училища в 1909-1917 гг.: «У диакона Ризположенского был высокий, несколько металлический баритон. Читал он прекрасно, с исключительной дикцией, но очень быстро. Когда Ризположенский исполнял роль чтеца, то все движение службы заметно убыстрялось. Вероятно, за тембр голоса и быстрое чтение он получил прозвище Петух. Ризположенский, надо полагать, был обременён большой семьёй, и поэтому его часто можно было видеть служащим в других храмах».

Из воспоминаний Николая Державина (1896-1979), сына пресвитера Большого Успенского собора: «Ризположенский – от природы звучный, великий голос металлического тембра. Его звучание было колоссальным, с ним нельзя было стоять рядом. Звук Ризположенский образовывал у зубов. Рослый, худощавый человек».

Из воспоминаний Михаила Макарова (1906–2004), звонаря Данилова монастыря: «До закрытия Успенского собора был в нём протодиаконом. Потом служил где-то на приходе. Высокого роста, худой, рыжеватый, с небольшой бородой. Высокий бас. Чтение Евангелия и паремий иногда заканчивал не на верхних нотах, как было принято, а на нижних – октавой. Получалось очень красиво».

Из воспоминаний Алексея Георгиевского (1904-1984), профессора Московской духовной академии:  «В 1910-х и 1920-х годах Василий Петрович несколько раз приглашался в наш Ильинский храм села Черкизово, что за Преображенской заставой. Здесь он участвовал в совершении богослужений в престольный праздник святителя Алексия (12 февраля по старому стилю) и в другие норочитые дни. Сразу же следует сказать, что протодиакон Ризположенский пользовался большой и неизменной любовью прихожан как весьма общительный церковный труженик, восторженный служитель Церкви Христовой. Музыкально одарённый, он имел прекрасный голос – баритон. Молящиеся воспринимали всем своим существом молитвенное, ясное, чёткое произнесение им ектений как беседу с Самим Богом. А его глубоко проникновенное евангельское чтение вечных глаголов Господних запечатлевалось навсегда в умах и сердцах молящихся. Диаконское, несомненно классическое, служение В.П. принесло ему всеобщее признание и большую похвалу верующих Москвы».

Из воспоминаний митрополита Вениамина (Федченкова) (1880-1961): «Горят свечи. Блестит всюду золото и позолота. Протопоп - "царь-поп", называли одного из них, огромной величины, был и "царь-дьякон", архидиакон Розов, колоссального объема и большущего голоса, - с очередным протодиаконом ходят по церкви, со звоном цепочек кадя иконы и людей (они тоже иконы, то есть образ Божий в них). А в это время на левом клиросе высокий, худой, белобрысый дьякон, кажется, по фамилии Ризположенский, громким и сухим басом бубнил псалмы великого повечерия. Не думает он о выразительном чтении, о том, чтобы все эти чуйки и платки понимали читаемое, это не требуется! А требуется все выполнять так, как было и двести лет назад, и пятьсот, и тысячу... С Ольги и Владимира. И при греческих, и русских патриархах, и при Грозном, и при Петре. Читали громко, без чувства, а серьезно, строго по заведенному веками речитативу. В храме и говорится все по-иному, чем в миру - никаких вольностей, ничего своего, отсебятины. Как в армии: воины отвечают начальству на одной ноте. Я слушал этот исконный речитатив и думал: "Вот меняются эпохи, а Церковь стоит две тысячи лет! Уходят цари, а она все остается! Меняются режимы и социальные формы, а здесь тысяча лет, две тысячи ведется одинаковый способ служения. Да, Церковь прочнее государственных форм правления! Вот-вот начнется революция (она началась через два месяца после этих дум). Все зашатается, развалится, разобьется вдребезги (на время), а Церковь устоит...»

Хор Юхова.

В начале 20 века в Москве был очень популярным духовный хор Юхова, до революции он записал множество пластинок, в том числе с разными знаменитыми солистами, в частности, А.В. Неждановой, В.Р. Петровым. Среди них были и дьяконы Успенского собора. После революции хор превратился в Первый Государственный хор, который участвовал в создании первых звуковых фильмов («Цирк», «Веселые ребята», «Волга-Волга»).

В 1915 году были сделаны записи хора с протодьяконом Василием Ризположенским.
Вот список произведений в исполнении В.П. Ризположенского и хора Юхова, записанных на пластинки:


  • Многолетие на Рождество Христово.

  • Вечная память.  Многолетие из молебна на Рождество Христово в память 1812 года.

  • Просительная ектения.      

  • Выклична из архиерейского богослужения.       

  • Апостол на венчании.        

  • Прокимен на венчании.

К сожалению, сами пластинки или не сохранились, или не доступны…

После 1917 года.

В 1917-18 году протодьякон Ризположенский участвовал в Поместном соборе, на котором патриархом был избран Тихон. Вскоре Кремль был закрыт для церковников, превратившись в главную резиденцию новой власти, и Ризположенский был назначен протодьяконом церкви Рождества Богородицы в Путинках, расположенной на улице Малая Дмитровка в Москве.

Вот что ещё вспоминал Михаил Макаров:  «Мне запомнился такой эпизод. Как-то летом 1919 года  я обратил внимание протодиакона, что подрясник у него очень широк. В ответ он оттянул с живота подрясник вперёд. Получился большой пустой запас. «Вот какой я был до голодного времени» - сказал он мне».

Храм Рождества Богородицы  в Путинках закроют в 1935 году. Но Василий Ризположенский не дожил до этого, он умер в возрасте 55 лет в 1930 году. Как вспоминал Александр Смирнов: «Его очень любили москвичи, заполнившие улицу во время похорон Ризположенского».

Tags: вичужане, духовенство, записки краеведа, церковь
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments